Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
03:04 

Solet SerCro
With a crew of drunken pilots, Were the only airship pirates!
Название: Transformers and humans, so humans. Part 2.
Автор(ы): Solet SerCro, EDM
Рейтинг: NC-17, 18, 19!!!
Фандом: Transformers Setting(без привязки к конкретным сериалам и, упасипраймас, фильмам)
Жанр: Обширный Alternative Universe. Местами порно. Местами детектив. Местами пиздец.
Права: Все у создателей, хотя от обширного хентая "по мотивам" я не отказался бы =)
Саммари: Предположим, что персонажи соответствуют заявленным в характеристиках параметрам интеллекта =)
Комментарии: Никанонные единицы измерения времени:
Клик: 0,7 секунды
Цикл — 10 дней
Ворн: 115 лет
Также, поскольку трансформеры много пользуются для внешнего общения английским, то единицы системы СИ к ним тоже перекочевали — они очень удобны для живущих на Земле, а Кибертрон далековат.
Историческое допущение 1: поскольку Кибертрон — живая планета, гражданская война его не порадовала(особенно раздел с бомбежками, и драки носителей Матриц). Все нейтралы были выведены в стазис, а воюющие — вышвырнуты на орбиту Земли суровым пинком, без энергона и ремонтных линий, примерно в 2005. Победивший получает Кибертрон.
Историческое допущение 2: При развале СССР через год распалась и РФ — на Московию и Независимую республику Сибирь, сохраняющие очень вооруженный нейтралитет. Десептиконы — у границы последней, в степях Монголии, автоботы — как ффсегда =))) в США, в районе Невады. Летающие, колесные трансформы и гештальты есть у обеих сторон. Много аффтарских персонажей(специально для тех, кто не заметил, что это аффтарская вселенная "по мотивам"))))
Да, это очень проевропейский взрослый взгляд на очень японскую детскую историю. Нуачо, они сами =))


Ранним утром к границе десептиконского лагеря подкатил байк, и человек с него заорал громко, матерно и разнообразно.
Предупрежденные о такой возможности — Нокдаун был предусмотрителен, и с прошлого раза кое-чему научился — часовые сообщили об этом доктору. Тот вместе с сорванным с тренировки новеньким вышел к периметру.
— Ну-с, что тут у нас, — с любопытством протянул десептикон. — Кабум, это случайно не твой приятель?
— Угу, — разведчик заинтересованно рассматривал друга. Тот его не узнал, и проорал снова:
— Какого черта вы убили Мореса, сволочи?! Или он здесь?!
— А почему мы должны давать тебе отчет, куча белка? — лениво спросил десептикон, придерживая за плечо Кабума. — Собственно, каким образом ты намерен нас заставить отвечать?
— Я только хочу сказать, — уже более миролюбиво отозвался мужчина, — что если вы его убили — я развернусь и уеду. Сами потом всю жизнь себе крылья грызите.
Он очень подозрительно рассматривал странного маленького трансформера с зеленой оптикой. Что-то в нем было неладно даже на его взгляд.
— А если нет, то что тогда? — Нокдаун отпустил спарка, и вышел за символический ров сам. Сел на песок... — Ты кто, собственно.
— Меня зовут Джеймс Триск. Если он жив, я хочу его увидеть, — держался электронщик хорошо. Даже не шарахнулся — с достоинством отошел к байку, погладив его выпуклый бок по аэрографии.

За ними очень внимательно наблюдали. Кабум не замечал, не заметил бы и Нокдаун, но ему подали сигнал — мол, срочная связь.
— Кабум... поговори с белковым, тебе это удобнее всего, — хмыкнул десептикон, и переключил часть внимания на связь. "Слушаю".
— Морес... Морес, знаешь ли, умер, но дух его жив, — Кабум постучал по груди и хитро подмигнул. Джим икнул и сел мимо байка.

"Ты создал спарклинга из белкового", — разведчик не спрашивал, он утверждал. — "Ты будешь делать еще одного?"
Нокдаун, чтобы узнать позывные, был вынужден сунуться в базу данных — в оперативной памяти у него этого набора не было. Да еще и беседа с белковым представляла интерес... "И если да, то что?" — кажется, сегодня был такой день, располагающий к вопросам вместо ответов.
"Мне он будет срочно нужен" — ухмылялся невидимый разведчик прямо во все дентопластины — слышно было, — "Не ройся, меня нет в твоей базе. Можно звать меня Веном".
"А можно не звать, понимаю... однако ты ставишь меня в неудобное положение. И зачем же тебе, неизвестный Веном, может понадобиться молоденький, ничего не умеющий спарклинг? Неужто жажда наставничества обуяла?"
"Практически. Обуяли меня. Жаждой."
Он скинул краткую записку официального вида, из которой следовало — призвал его вполне определенный лорд десептиконов, и чрезвычайно срочно.
"В вашем болоте это — единственная новость. Уверен, вызвали меня ради этого. Я давно ныл, что некого ставить в пару, с тех пор... не важно."
"Вот как... ну что ж. Тогда тащи свои бензобаки сюда, о неизвестный Веном. И смотри во всю оптику. Кажется, твой будущий напарник только что подкатил к периметру". Нокдаун оборвал связь, и вернулся к реальности целиком.

Говорил Джим тихо, но не рассчитывал на острый слух трансформеров.
— Эксперимент удался? Это же ты, верно?
Он взволнованно оглянулся, не смотрит ли кто еще, протянул ладонь к фиолетовому знаку.
— И... как это?
— Ну, если не рассматривать вероятность, что мою память подсадили кому-то еще... помнишь, как ты мне плакался, что девица, с которой ты спал лет пять назад, делает аборт? Потом еще оказалось, что она спала не только с тобой, но и с половиной твоей лаборатории... — Кабум тоже сел, и все равно возвышался над другом где-то на три человеческих роста. Ну хорошо, на два с половиной.
Джим все еще недоверчиво хмыкал.
— А в какой клинике ты лежал во время лучевой терапии? — каверзно уточнил он, косясь на металлическое колено. У края броневой пластины виднелись сложные формы сервоприводов.
— Клиникой это можно назвать с большо-ой натяжкой, радость моя, — хмыкнул юный десептикон. — И я не лежал. И еще — ты по пьяни как-то признался, что дрочил трубкой калибровочной... гла-аденькой такой. Вот уж этого никто, кроме меня, знать не мог. Потому что ты ее у меня спиздил, сволочь!
— Гм, — Джим отчаянно покраснел, — верю, верю, хватит поминать мои маленькие грязные секреты... ладно. То есть ты вот теперь такой. И... как это вообще? Совсем ничего не чувствуешь?
— Ошибаешься... — дес улыбнулся мечтательно. — Знаешь, я очень многого не представлял об этих созданиях. И уж во всяком случае тактильности у них... у нас... чертова прорва.
— Смотрю, ты рад, — Джим хмыкнул, — ну что, как они относятся к еще одному такому? Я все дела закончил... кстати, почему ты не у колесных? Они просто сказали, что тебя убили тут, ты сразу сюда что ли рванул, герой?
— Колесные... Я б сплюнул, если бы это было безопасно для экологии. В общем, им я еще глаз на жопу натяну. Я еле ушел, когда они начали требовать, чтобы я прекратил эти свои исследования. Песок им в смазку... — Кабум взял себя в руки, и продолжил более спокойно, — говно они, а не роботы.
— Ага. А эти, — Джим кивнул на Нокдауна, — хорошие и нравятся? Я не с целью издевки, а исключительно разведки ради.
— Знаешь, тут тоже дерьма хватает, насколько я успел заметить... но они толковые ребята, у них есть мозги, и нет... ну, почти нет... предрассудков. Я еще не очень хорошо их знаю, и пристрастен... Но здесь, с ними, мне лучше, чем было там, с больным телом и тупыми студентами вокруг.
— Понял. Значит, записываться на смену формы жизни — к тебе, — Джим расхохотался, хлопнул его по колену, и добавил негромко, — я-то свои дела закончил, думал правда, что хлопнут.
— Могли... просто они считают, что один человек почти ничего не может сделать без взрывчатки и прочей электроники. В общем-то правильно считают... И записываться — это скорее не столько ко мне, сколько вот к нему. Это Нокдаун, он здесь за главного по ремчасти. — Кабум наклонился низко-низко, к самой голове человека, и прошептал еле слышно, — Я с ним трахался в первый раз еще до того, как стал таким.
Джим подпрыгнул снова.
— Т-т-ты?! А говорил, что асексуал... — он ответил тоже шепотом. — Нет, стой... но как?!
Он покосился на безучастно стоящего в стороне трансформера и поежился.
— Ну... скажем так, если б я не сглупил и не полез лапами куда не надо, может быть, я б еще ходил на ногах из мяса. А так — ему, скорее всего, было никак, а я словил кайф редкий. Впрочем, потом было не хуже.
— Потом? То есть... кхм... ладно, не хочу этого знать, — Джим отмахнулся, — обойдусь без подробностей. И знать не хочу. Ладно. Черт, черт... ну зачем ты мне это сказал...
— Чтобы воспламенить любопытство, конечно же, — хихикнул Кабум. — Я, может, братика хочу. В твоем лице.
— Кхм. Да ладно, я и так согласен был, просто теперь отвлекусь на мысль, как это вообще возможно физически... в выхлопную трубу что ли?
— Ах, дружище, все узнаешь... Выхлопная труба тут ни при чем, поверь. — теперь Кабум ухмылялся широко, не скрываясь.— Значит, идем, раз ты уже все закончил с мирским, хехе. Не пожалеешь, точно тебе говорю. Это как раз для таких маньяков, как мы с тобой... черт, просто поверь — я себя в жизни лучше не ощущал. Никогда.
— Летаешь или катаешься? — Джим поспешил перевести разговор на другую тему.

"Интересный экземпляр", — отметил Веном, перекидывая Нокдауну досье белкового, — "Интересно, как проявит себя после перехода латентная бисексуальность. Впрочем, у твоего спарка вроде бы прекрасно отметилась."

— Летаю. Док у нас крылатый... вот и мне тушку решил подобрать по образу и подобию. Покажу потом. А ты небось захочешь колеса, да, рыцарь дорог? — Он подождал, пока Джим влезет на байк, и поднял машину вместе с седоком. — Нокдаун, это мой друг, тот самый, я говорил про него. Я объяснил ему ситуацию... и он был бы не прочь получить стальное тело, как и я.
— Да, пожалуй, — Джим чувствовал себя неуютно на высоте двух метров над землей, — хочу. Только что-то не слишком летающее, я высоты боюсь.

Веном рассмеялся — звук исходил как будто с разных сторон, не позволяя определить его расположение. Нокдаун на него шикнул.
Прибытие нового белкового не прошло незамеченным — Нокдауна все же сманили на беседу за кубиком энергона, оставив спарклинга и человека беседовать о своем, о переходском. Разведчик за ними наблюдал неслышно — зачем раньше времени пугать новичка?
Собственно, Джим оставил байк в ангаре, и теперь Кабум нес друга так же, как когда-то носили его самого, на сгибе локтя. Вес практически не ощущался, раньше котенка было поднять сложнее. Не то что крепкого и сильного мужика, в прошлом — морпеха. Джим любопытно озирался — в такой лаборатории он еще не был. А вот в самом ангаре поморщился, сначала обоняя, а потом рассмотрев гору дохлых крыс.
— Вы хоть трупы удаляли бы, а...
— Угу, это проблема. Но Ропси их так трогательно собирает в кучу, и расстраивается, когда кто-то посягает на его сокровищницу... у большинства просто не поднимается рука обидеть малыша. А те, у кого поднимается, в ангаре бывают редко. — Кабум посвистел, подзывая робопса. — Ропси-ропси-ропси?
— Первый опыт, — безошибочно определил байкер, — вы ничего так отличаетесь от коренных. Морды живее. Надеюсь, с ним хоть ты не, гм, того?
— Ну что ты... у него нет нужных... деталей. И потребностей. И вообще, я ж не зоофил. Помнится, мы с тобой оба дрочили в основном на механику всякую с электроникой и прочую гидравлику... Как тебе эти красавчики вблизи?
— Красавцы. Только дам нет, — Джин уселся на верстаке и задумчиво покачал ногой, — от тела ничего не остается, верно? Что-то не по себе мне, что мы у этих... гм...
— Тело преобразовывается в Искру... сложно объяснить. Другая форма души, что-то вроде того. А дам у нас нет, потому что нет мужиков. Ну то есть некоторые пытаются имитировать женский вариант, но по сути джамперы-то у всех есть. И энерговводы тоже.
— Хм... то есть типа гермафродитов, только роботы. Смотрю, весело тут живется... — Джим покачал головой, — отказы-то хоть рассматривают?
— Ммм... Если я правильно понял, то отказы рассматривают в виде пушки к носу. Ну или обещания иными методами натянуть глаз на жопу. У колесных... автоботов, в смысле, вроде с этим полегче, а тут иерархия силы. Но ко мне не цепляются пока что, хотя намекали уже пару раз, что не прочь со мной поинтерфейситься.
— Забавное словечко... Значит, надо для начала учиться отбиваться...
— Не обязательно, — голос вновь разлился в воздухе — негромкий, почти мягкий, непонятно откуда идущий.
Кабум заозирался, растопырив вооружение и сенсоры.
— Ну покажись, что ли, советчик?
Трансформер вышагнул будто из воздуха. Был он невысок — ниже даже Кабума, с непонятной альтформой — ни крыльев, ни лопастей, ни колес на виду не торчало.
Кабум хмыкнул, и пушку убрал.
— Ну да, когда можешь смыться в чистый воздух, тогда, конечно, отбиваться можно и не стараться... Я — Кабум.
— Я знаю, — неизвестный оглядел обоих, кивнул коротко, — зовите меня Веном.
Особенно внимательно он разглядывал занервничавшего Джима.
— Нокдауна нет, он пошел общаться лично в клуб... что-то вроде этого. — Кабум ненавязчиво встал между гостем и другом.
— Я знаю, — Веном своеобразно осклабился. Так... каверзно. — не обязательно защищать твоего юного друга, я не расчленять белковых пришел.
— А зачем? — менять позицию Кабум не стал. Хорошо стоит, ну и незачем... — Что-то не так?
— Познакомиться ближе. Как-никак, будем вместе работать, — эта улыбка вышла еще каверзнее. Видно было — Веном не привык скрывать эмоции.
— Со мной? — Кабум недоверчиво покачал головой. — Нокдаун меня не предупреждал о таком.
— Нет. И вы наконец отодвинетесь, или в вас начать стрелять? — смотрел Веном тоже очень нехорошо. Тяжело эдак. — Прогуляйтесь в клуб, Нокдаун скучает.
— Джим доверился мне. И я не собираюсь предавать его доверие. Я вас не знаю. Я не знаю, что вы хотите с ним сделать. Я вам не верю.
Веном кивнул — видимо, этот ответ его полностью удовлетворил, но все же оттеснил Кабума в сторону от друга, внимательно изучая человека.
— Что скажешь ты, белковый?
— Кроме пронзительного визга и мата? Пожалуй, ничего. Я не очень уверен, что именно вы хотите от меня услышать... и у меня есть имя. — Джим глядел на него снизу вверх, и все-таки исподлобья.
— Джим. Ничего, это ненадолго. Твой друг переименовывался, и ты думай. В том числе о том, что спарклинга одного не бросят, а меня уже поставили твоим наставником. От тебя зависит, буду ли я этому рад.
— Ммм... то есть сейчас вам это, в принципе, как корове седло, так? Или вы, эээ... долго набивались на эту роль? — Джеймс сел по-турецки. Если размажут, то пофигу, побегаешь ты перед этим, или примешь смерть спокойно.
— Ни то, ни другое, — Веном опустился на пол — теперь не нависал, а только возвышался всем своим стальным телом. Прямо перед глазами мерцала основная грудная панель с фиолетовым знаком. — Я действительно просил напарника. В обучении спарклинга есть даже некоторая прелесть... если он, конечно, обучаем.
— Тогда давайте договоримся. Я не против наставника... но я против насилия. И было бы очень здорово для начала понять, на что я подписываюсь, перед тем, как доверяться кому-то, кого я впервые вижу. Это ведь логично, окей?
Веном снова неторопливо кивнул. Пока разумность белкового радовала.
— Тогда спрашивай, мой будущий друг. Тогда и узнаешь.
— Кто я буду. Точнее, кем мне предстоит работать и в какой области. Чего ты от меня будешь хотеть. Как ты представляешь наши будущие отношения... ну, вне работы. И зачем ты наезжаешь на моего друга, если хочешь быть моим другом?
Отвечать Веном начал с конца — для удобства собеседника.
— Придется привыкать к нашему общению. Нокдаун балует спарка, как бессмертный, — разведчик хмыкнул, — а наше общество не из ласковых. Привыкай. Область... разведка, если обнаружится талант. Или сопровождение. Мне бывает скучно в долгих миссиях, да и напарник бывает не лишним — чтоб стреляли по двум целям как минимум. Вне работы — посмотрим, посмотрим. Надеюсь, из тебя выйдет симпатичный спарк, тогда ты хотя бы ублажишь мое зрение.
— Полагаю, вопрос выбора внешнего вида — это не ко мне, а к тому, кто будет делать мое новое... тело. Я правильно понял, что спарки — это в смысле, новенькие роботы — низшая ступень вашего общества?
Веном покачал головой, жалея о необходимости такого медленного и бедного общения. Ну почему его не пригласили сразу к спарку...
— Тело ты можешь делать сам — под контролем, конечно. Все дополнительные инструменты почти невидимы, — он развел руками, — ничего отличающегося. Предупреждаю вопрос — в чужом теле ты сломаешь процессор напрочь. Спарки же... это просто спарки. Дети, которых нужно учить и защищать.
— Хочешь сказать... погоди, но я не знаю, как вы устроены. Или ты... кто-нибудь... даст мне возможность изучить строение тела такого робота? И потом, ведь Морес не свихнулся же, а он точно не успел бы собрать это все... великолепие. Так что где-то я тебя неправильно понял, наверное...
— Разберетесь с Нокдауном, — Веном махнул рукой, — я не доктор. Будешь разве что маленьким, не выше меня.
— Мне больше не надо, — фыркнул Джим. — Я люблю байки. Это ведь не... ну, это возможно? — он поглядел на друга — Кабум зашел сзади, и опирался на титанический верстак.
— Будешь похож на автоботов... в чем-то и польза, — разведчик осклабился, — разведка белковых отличается от наших, но общие принципы ты поймешь быстро.
Джим оглядел черно-зеленого робота снизу вверх, и обратно. Впечатляло. В основном впечатляло мастерство изготовления, ну и внешний вид тоже... Фапабельно, мягко говоря.
— А если все-таки сработаться не получится? Ну, там, разность характеров, все дела...
— От меня еще никто несработанным не уходил, — это явно была пошлость, и ухмылка Венома это подтверждала, — Лучше сработаться. Возможно, даже заранее, если твой бдительный приятель позволит нам побеседовать наедине.
— Джим? — Голос Мореса... нет, Кабума, был полон беспокойства. — Честно говоря, я не думаю, что смогу помешать ему сделать что-то с тобой, даже если буду рядом. Но это твое будущее, и решать тебе. Если ты скажешь остаться, я останусь.
Байкер задумался на секунду. Посмотрел на Венома, на друга...
— Иди. Не волнуйся.
— Хорошо... Я буду неподалеку. — Он покачал головой, но вышел, явно нехотя, не желая оставлять друга на забаву незнакомому — и явно не слишком-то доброжелательному — десептикону.
— Вот и верно. Когда нет посторонних, ячейке не обязательно держать лицо, — робот расположился куда удобней прежнего, облокотившись на стол рядом с Джимом, — к этому тоже стоит привыкнуть сразу.
— Понимаю. У себя я занимался не совсем разведкой... но частенько разговаривал с теми, кто жил этим. Они похожи на тебя чем-то. — Джим рассматривал его вблизи. — Ты специально изображаешь из себя пожирателя младенцев? Или это твой обычный модус операнди?
— Одно другому не мешает. Расслабишься — пойдут слухи, пойдут слухи — отвлечешься и получишь в спину станнер. Или наоборот, не заметишь и тот же результат. А потом отмываться пять ворнов.
Лицо у него оставалось убийственно серьёзным.
— Понимаю... Морес вообще неплохой парень, насколько я его знаю — но проще всем недоливать, чем сбивать руку ради одного, — экс-морпех пожал плечами. — Но ты его не просто так выгнал, а с каким-то умыслом. Что ты хочешь сказать, о чем он не должен был слышать?
— О том, что часть вещей останется только между нами. Никаких жалоб или хвастовства, если ты желаешь работать со мной. Никто тебе, если что, не поможет, мне не начальник даже лорд Мегатрон, не к местным подхалимам будет сказано, — Веном снова задумчиво на него глянул, мерцая алой оптикой — острое лицо, как у летуна, широкие плечи, как у колесного, — если что-то не понравится — решится только внутри ячейки.
— Я тебя слышу. Но я пока не очень представляю, какие еще преимущества работы с тобой будут, кроме независимости от местных. Не хотелось бы обнаружить себя в компании садиста-любителя или чего-то аналогично приятного, сам понимаешь — ты предлагаешь очень длительный контракт, но молчишь, как рыба, о его подводных камнях. Это нормально... но я хотел бы знать больше.
— Ты долго будешь видеть только мою рожу, а я неразговорчив, — Веном пожал плечами, — сейчас я сказал больше, чем за последний полуворн. Что еще ты хочешь узнать? Насиловать того, кто должен прикрывать спину — неразумно.
— Логично, — Джим кивнул. — Тогда опиши, чем ты хочешь, чтобы... каким ты хочешь меня видеть.
— Разберемся, — Веном махнул рукой. Теперь видно было — он и правда не привык толкать такие речи, и это его раздражало.
— Понимаю... я тоже не большой любитель потрепаться, просто такие вещи не с полпинка решаются обычно, вот я и... беспокоюсь. Ладно, действительно... за мечту можно потерпеть, даже если будет неприятно. А ты выглядишь достаточно разумным, чтобы с тобой можно было договориться.
Трансформер мучительно задумался. О чем еще можно поговорить с белковым? Рабочие вопросы освещены, учить рано...
Джим помялся.
— У меня есть вопрос, но я не знаю, насколько прилично это обсуждать... не уверен.
— У нас неприличных тем нет, это вам не белковые, — фыркнул Веном. И даже почти не соврал.
— А, ну раз так... Морес упоминал, что у вас есть аналог секса. Я не совсем понимаю, как это... у вас же, насколько я понял, нет полов, и половых органов тоже?
— Размножаемся мы иначе, — кивнул Веном, — хм... но ваш аналог секса у нас есть. Используется для экстренной дозаправки, морального доминирования, обозначения близости. Еще — для улучшения функциональности систем. Как думаешь, почему наши драгоценные противники столь ударены на голову? Развели у себя два пола...
— Эээ... — выдал чуть ошарашенный человек, — но... но как? В смысле, если у вас нет члена, то как вы трахаетесь? В мозг?
— Практически. Есть тактильные ощущения с градацией боль-удовольствие. Богатая градация, пошире, чем у вас. В разы.
— То есть просто тискаетесь? И все?
— До перезагрузки. После третьей обычно уже никому не хочется дальше, но есть мастера, не спорю.
— Н... не понимаю, извини... то есть... ну... гхм. Ладно, узнаю сам... это то, что называется "интерфейсить"?
— Именно. Бывает верхний, нижний интерфейс... Разберешься. Нулевок на тысячу ворнов у нас нет.
— Хмм... что-то подсказывает мне, что параметры привлекательности немного отличаются от наших... Как минимум. Скажи, на твой вкус, Морес... то есть Кабум... красивый?
Сначала дес ненадолго задумался, но все же ответил:
— Летуны все красивые... Хотя я предпочитаю партнеров помельче, — Веном пожал плечами. — У нас нет столь жесткой завязки на физическую красоту.
— Но вообще — есть... завязки? Понимаешь, это единственное, что меня смущало в вопросе "быть человеком или попытаться это изменить". То есть то, что у роботов, как я предполагал, нет даже такого понятия... ну, типа, зачем. Но если я ошибался, то это сильно меняет дело. Ты сам... ну, извини, что спрашиваю такие вещи... ты сам предпочитаешь каких партнеров, кроме того, что помельче?
— Колесные формы, — неохотно признался Веном. — Достаточно крепких. Это не слишком важно, вкус топлива, статус — важнее.
— Хмм... ясно. Ну что ж, попробую создать себе тело посимпатичнее, а то обидно было бы поменять себя-красавчика на себя-урода. — Джеймс пожал плечами. — Поможешь мне с этим... телоделанием?
— Это дело Нокдауна, — повторил Веном, — я не моделирую тела, и не умею их собирать. Починить смогу... Впрочем, Нок плохого не сделает. Он мастер своего дела, как вы говорите.
— Хорошо... будем надеяться. Потому как обратно, я так понимаю, при всем желании не получится.
— Да. Это один путь, — разведчик кивнул. — Но вам тело не сменишь, у нас же... Можно. Сложно, но возможно. Меня разбивали до Искры четыре раза.
— Ого... — Джеймс невольно восхитился. — А... а сколько ж вам лет-то?
— Я из предпоследнего предвоенного поколения, — Веном спокойно пожал плечами, — в переводе на ваши — хм... Больше сотни тысяч.
Человек вздрогнул. — Неожиданно. Я... ну, у нас срок жизни намного меньше. Лично мне — тридцать девять.
— Вы быстро взрослеете, — казалось, разведчик смягчился и перешел на более личный уровень. А в его исполнении — так и вовсе интимный. Его возраст был указан в досье, но мало кто из сородичей интересовался бы им. А из приверженцев знака о нем и не знал толком никто.
— Хм... — Джеймс слегка покраснел. — Вообще, я спросить хотел... Морес рассказывал мне, что перед эээ... переходом... он трахался с одним из ваших. И я уже себе весь мозг сломал в попытках представить, как. Может, эээ... ну, в смысле, может, хоть ты представляешь, как?
— Я могу спросить, — Веном пожал плечами, — но с их разницей габаритов... подручные средства?
— Разве что... — теперь уже и уши покраснели наверняка, судя по жару. — Я извращенец. Гребанный технофил.
Веном хмыкнул, с интересом смерив смущенного байкера окулярами. Линзы заметно засветились, выдавая взаимный интерес.
— У нас интерфейс с белковыми тоже считается извращением, — разведчик хмыкнул и поднялся, — у меня есть здесь рекрия. Можем закончить беседу там — Нокдаун скоро вернется.
— Можно, — кивнул человек. — Знаешь, мне отчего-то общаться с вами приятнее, чем с сородичами.
Веном неопределенно хмыкнул и подставил руку, предлагая прокатиться с комфортом.
— Садись. Расскажу пару сказок... потом.
Джеймс перебрался к нему — почувствуйте себя снова младенцем, что называется...
— Спасибо. Когда я тут иду пешком, мне все время кажется, что на меня наступят. Случайно.
— И верно кажется. Могут и не заметить. Тебе пока нужна ваша еда, верно?
— Да... думаю, с этим мне Морес поможет... то есть Кабум. Забываю... — Он пожал плечами.
— Привыкнешь. Он уже полностью перешел на энергетическое питание и вряд ли захочет вспоминать о потребностях прежнего тела.

Ходил Веном быстро, несмотря на небольшой рост — пара десятков шагов, и они уже в ангаре поменьше, рассчитанном уже на габариты хозяина.
— К хорошему быстро привыкаешь, — кивнул человек. — Слушай, напарник... тебя ведь не будет напрягать, что я тебя так называю?
Веном сначала расположился на амортизационном материале платформы — довольно мягкой резине, и ненадолго притушил оптику.
— Называй, это лучше, чем прозвище.
Человек подошел и присел рядом на корточки.
— А ты красивый. На хищника похож, такого... Анаконду. Или питона.
— Ты пока нет, — Веном лгать не стал, — но видна Искра. Скорее всего, ты станешь хорошим трансформером.
— А как вы ПРАВИЛЬНО размножаетесь, ну то есть стандартным способом... без людей? — не удержался от любопытства Джим. Ну не может же быть, чтоб полнейшая аналогия. Да и залетевшего трансформера он себе никак не представлял — в голову лезли только кадры, достойные воплощения японскими художниками. Они в конце концов знатные извращенцы.
— Мы миллионы лет жили без людей, — фыркнул Веном, — конечно, обычно размножаемся иначе.
— Это тайна? Или тебе просто не хочется обсуждать способ со мной? Извини, просто ты сказал, что у вас нет запретных тем... в общем, если не хочешь, то не надо, — Джим мялся и смущался, чувствуя, что занесло его куда-то не туда. Обсуждать размножение гигантских человекоподобных роботов, восседая с представителем вида на гигантском резиновом... гм. Слово "траходром" он безуспешно попытался выгнать из головы, но растянуться рядом с удобно возлежащим Веномом все равно не рискнул.
— Это грустная тема. Такого способа больше нет, с тех пор, как для нас утерян Кибертрон, — вздохнул Веном, снова притушивая оптику. Пока другие не оставляли надежд вернуться на родину, он смирился — жить им теперь скитальцами до Конца Всего, покуда не перемрут лидеры и идеологи этой дурацкой войны... а дожить он не планировал.
— Понимаю... и никак не восстановить? — Джеймс украдкой провел ладонью по плечу робота. Гладкий металл, чуть-чуть пооблупившаяся на плече эмаль... ах, да, следы тщательно заполированного и закрашенного шрама на плече. Дальше начинался маслянисто поблескивающий шарнир, и совать туда пальцы показалось плохой идеей.
— Нет больше Зажигающей Искры, — Веном сделал вид, что не заметил этого любопытства. Интерес маленького белкового пробудил давно запрятанную по архивам тоску, и собственная Искра тревожно и тоскливо дернулась в грудном отсеке.
Человек не унимался, и разведчик все же снова прислушался к его словам, отвлекаясь от своих воспоминаний.
— Но ведь откуда-то она же взялась изначально... или это был природный феномен? — упорствовал в любопытстве Джим, и продолжал осторожно, кончиками пальцев, гладить броню. Живая. Вот это твердое, металлическое, боже — крашеное эмалью! — живое. И ощущалось приятно: пальцы едва пощипывало от легчайшего статического напряжения.
— Да, природный... в какой-то мере, — Веном повернул к нему голову, повернувшись на платформе, и широченной — для человека — лапой накрыл ладонь Джиму. Теплый, почти горячий гладкий металл.
Байкера слегка понесло — уныние ощущалось вокруг, будто сгустившийся полог:
— Ну... может, все-таки можно повторить. Или вот... другой способ найти. Жалко будет, если вы закончитесь. Столько лет, и все вот так... — Он не вытягивал ладоней из-под этой металлической руки. — Придумаем что-нибудь. — Джеймс подумал, что рядом с ним живое, хотя и не дышащее, совершенство. Вентиляция же не считается за дыхание... или считается?
— Мы не кончимся, — голос Венома стал глубже и тяжелее, и смотрел он... странно. — только с концом всего.
— Хм... знаешь, я не очень-то начитанный парень. Но у нас есть легенда, что в далекой пустыне, где нет ничего, кроме песка и камней, стоит осколок колонны с вырезанной на ней надписью. Там написано "Склонись предо мной и моим величием, ибо я Озимандия, царь царей, и мое царство велико и безгранично, и пребудет вовек, и нет на земле ничего величественней". Напоминаю, вокруг — пустыня безо всяких признаков цивилизации.
— Все кончается, но наша раса доживет до конца всего, — упрямо возразил Веном, — хоть последним дроном, последним инсектоидом.
— Ну так и от того царя осталась та колонна, — Джим вздохнул. Спорить с Веномом оказалось удивительно... безопасно. Он совершенно не раздражался. — У нас принято считать, что вечного не существует. Даже звезды когда-нибудь погаснут... но это же не значит, что не возникнет новых звезд, верно?
— Когда-нибудь погаснет все. Вы же тоже в это верите? — трансформер увлеченно нырнул в теологический диспут, и мельком отметил — давно, давным-давно не приходилось ему настолько легко, свободно и много говорить.
— Я не доживу, и мне в общем-то все равно, — Джим усмехнулся. — Понимаешь, у нас туча пророчеств об апокалипсисе и прочих рагнареках, но они уже столько раз не сбывались... И в любом случае, вера — это то, что должно поддерживать, а не угнетать. Я верю в то, что на мой век хватит всего, что мне нужно. Ну... и всякое такое. Не знаю, если честно, я редко над этим задумываюсь.
— После перехода ты проживешь гораздо дольше, — хмыкнул Веном, чувствуя любопытство, покалывающее системы озоновыми искорками, — может и доживешь, своими глазами увидишь, как все завершится. Нескоро это будет...
— Вряд ли. Знаешь, мне сложно представить, что некоторые из вас старше моей планеты... и все абсолютно старше, чем мой город. Сто тыщ лет назад... я не уверен, что мои предки умели внятно разговаривать и разводить огонь тогда. И мерить время даже не веками, а тысячелетиями для меня... ну, наверное, как для тебя измерять руку парсеками.
— Привыкнешь, юный спарклинг, — разведчик очень доброжелательно фыркнул.
— Еще пока нет. — Джеймс привалился к нему спиной. — Но буду. А еще я совсем извращенец, — он вздохнул. Представлять человекоподобную фигуру трансформера с аналогом члена на нужном месте — ну, это было как в порнушных комиксах про дамочек, трахающихся с роботами. Но все равно заводило, и не проигнорируешь.
Веном не мог не отметить странные признаки.
— Ты болен? — уточнил он строго, зарегистрировав резкий подъем температуры, скачок давления и сердечного ритма.
— Нет. Морес был, а я вроде как здоров... А почему ты спрашиваешь? — Джим чуть растерялся.
— Давление крови скачет, — пояснил его будущий наставник, — температура выросла.
Он уже изучал человеческие энциклопедии — но выходило, что его будущий спарк болен миллионом страшных болезней, а клянется, что здоров. Данные неполны.
— Это... гхм... нормально. Ну, для данных условий. — Джеймс потупился, снова ощущая смущение. — Понимаешь, мы не всегда можем управлять некоторыми параметрами нашего тела. Ну вот... сейчас, например... я готов к размножению. То есть очень хочу. Ну, физиологически. Это означает, что я здоровый самец, и эээ... ну, в общем, что я в порядке, и не поврежден, не болен, сыт и... в общем, что мне очень хорошо, но тело хочет, чтобы было еще лучше. Это отвлекает, но не смертельно. Проще всего в такие моменты, гхм... подрочить. — Теперь Джим глядел в пол, и ни о чем не думал. Особенно о том, что излагает он все очень озадаченному трансформеру, пытающемуся перевести его речь.
— И ты хочешь сделать это при мне, — Веном пробил все, что мог, по базе и хмыкнул, увидев сопутствующие иллюстрации. Никаких самок тут нет — значит реакция на него. — Я разрешаю.
— Не обязательно... — Джим уткнулся в колени лицом. — Представляю, насколько это выглядит со стороны противно... Извини, я не хотел тебя... тебе... — Он заткнулся, потом выдавил еле слышно, — Я могу это контролировать.
Веном удивительно хорошо контролировал свои стальные конечности. Ладонь, которая наверняка могла крушить камень, едва ощутимо проскользнула по его спине в интернациональном защищающем жесте
— Спасибо... — Джеймс сглотнул. — Я... спасибо. Просто у нас подобное поведение считается... ну... в общем, ужасно незрелым, неприличным и неприемлемым. В общем, публичная эрекция, когда рядом кто-то кроме того, кому это полагается видеть — это стыдно. Извини, я... ну, в общем, извини, пожалуйста.
— При мне — можно, — снова уверенно уронил Веном, модулируя голос в самый успокаивающий человека диапазон. Столь резкая смена от радости до отчаяния... Его спарклинг эмоционален, и разведчик мельком счел, что это ему нравится.
Джеймс вздохнул.
— Ты действительно очень нравишься мне, даже... даже несмотря, что это вроде как неестественно. Но это зрелище не очень-то эстетично. — Он откинулся головой на грудную клетку Венома, пристроив голову в удобную выемку у какой-то полупрозрачной детали на его груди, почти на самый знак десептиконов. — А у вас принято... ну, самому себе?
— Вполне. Совместный интерфейс полезнее, но и одиночный используется, — Веном кивнул, прикрыл своего спарклинга ладонью, снова успокаивая.
— П-понял. — Джеймс кивнул, и расстегнул ширинку, вытащил изрядно набухший орган. — Знаешь, я никогда не думал, что настолько буквально... дрочу на механизмы.
Он принялся водить сжатой ладонью по члену; лежал, зажмурившись и запрокинув голову. Ни единой мысли не было, только ощущение кайфа. Внимание Венома ощущалось неярким посверкиванием вокруг. Он и грел — всем корпусом, и дергал током.

Кончил Джеймс удивительно быстро — и сильно. Он почти отключился, настолько ярким был этот оргазм. Как при сексе, только... лучше. Он лежал затылком на теплом металле, покрывавшем корпус Венома, и дышал, собирая себя в кучку.
— Ты только раз можешь перезагрузиться? — Веном его погладил снова, едва оцарапав выдвинувшимися когтями. Так... бережно. Но с намеком.
— Сразу — да... Чуть погодя могу снова, — пробормотал Джеймс, приоткрыв глаза. — Так уж тело устроено... Спасибо тебе. Это... эх. Это было потрясающе.
Когти прошлись по его животу снова, неторопливо так, задумчиво, не вскрывая кожу.
— Хочешь посмотреть на меня?
— Да. Однозначно — да, — Эта идея Джеймсу показалась очень даже привлекательной.
— Садись мне на грудь, — Веном поднял его, — и смотри. Может дернуть током.
— Не страшно... — человек облизнул губы и сделал, как было сказано — лицом к паху десептикона. Ощущал себя при этом такой... девочкой. Но ему это отчего-то нравилось. В конце концов, быть "девочкой" рядом с четырехметровым роботом немножко не то же самое, что быть "девочкой" рядом с другим парнем.
Веном неторопливо коснулся паховой брони — она разошлась в пазы, открывая джампер — топливопровод в высокотехнологичной оплетке. Джеймс выдохнул судорожно. Знал, что топливопровод... и все-таки залюбовался, как не любовался ни одной порнокартинкой.
— Он... чувствительный? — спросил тихонько. Хотелось — потрогать, погладить...
— Да. Но щелкнет током, — негромко проурчал разведчик. — потрогай.
Ладонь сама потянулась приласкать. Сжать, ощутить твердость... Действительно, слабый разряд был ощутим. Но не настолько, чтобы отдернуть руку. Теперь Джим просто лежал на корпусе трансформера, и гладил джампер — по всей длине. Крупные пальцы прошлись по его ягодицам — совсем легко, едва покусывая током и там.
— Можешь смочить свои пальцы, — негромко проурчал ему дес, огромный, горячий, жесткий.
Джим вдохнул поглубже, и потянулся губами к вот этой вот оплетке, гладкой, тугой... скрывающей пластиковый шланг в пористой изоляции... Поцеловать. Накрыть губами... не думать о том, насколько это похоже на гейскую порнуху. Пошире раскрыть рот, пропуская в себя покалывающий током выступ... За спиной послышался хрип вокалайзеров — Веном не стеснялся, реагируя на ласку. Странная... уникальная — такое слабое воздействие, но заводило не хуже яростного интерфейса с брызгами кипящего хладагента и оборванными проводами. Он погладил очень тонкую кожу ягодиц — каждый миг помня, насколько человек слабее... слабее и хрупче, и не подлежит, как правило, ремонту... Джим охренел, когда его задницу целенаправленно принялись гладить, но продолжал сосать шланг — так, как бывало, требовали для начала работы строптивые машинки из соцстран. Вот разве что у тех машинок не было ТАКИХ шлангов. Да еще чтобы во рту двигались, и током от оплетки щекотали... Экс-морпех старался не думать, чем может кончить робот. Он вообще старательно гнал мысли прочь — а то подумается еще что-нибудь... не то.
Его быстро уводило от мыслей подальше — ощущалось все странно, безумный секс с роботом, чертовым разумным... не решившимся лезть в тонкое тело пальцами — зачем, если есть глосса? Джима подтянули выше.
Он ощутил, что его разворачивают, не разрывая телесного контакта... держат почти вертикально, и крепко, не давая упасть. И... гладят. ТАМ. Чем — человек не понял, да и не до вопросов было. А вот то, что гладкий кончик шланга-члена уперся в глотку, и принялся тыкаться, ощутимо царапая — это было так же волнующе, как первый секс вообще.
Его очень осторожно держали широченные лапы, не оставляя синяков, а под губами выступала густая маслянистая жидкость со странным вкусом. Будто отсасывать у мотоцикла. Кайф. Собственный член Джимми давно стоял флагштоком, но — было не до него. Слишком будоражаще-здорово, слишком чуждо и оттого в кайф. Где-то в глубине мозга трезвый голосок хмыкнул, мол, парень, ты бы если мог, вопил бы сейчас от восторга, как девица-фанатка, которую трахает поп-идол.
До него дошло уже, что за странная штука его гладит — язык Венома, слишком длинный, гладкий и упругий. Прекрасная деталь уже осторожно ломилась в глубину его тела. Возражать что-то из такой позиции было... ну, проблематично. Так что Джимми возражать не стал. И какое кому дело, если он заводится оттого, что некий робот пихает ему в зад язык? Да еще такой... длинный. Щупальце чертово... Джеймс ерзал в лапах любовника, не забывая работать собственным языком и ртом.
Так хорошо работать, что по броне то и дело проскальзывала мелкая дрожь, а ладони на боках сжимались крепче, почти уже насаживая его на слишком длинный джампер, и наполовину не поместившийся во рту.
Наконец при особо сильном толчке гладкая поверхность шланга проскользнула в горло, и Джимми едва смог удержать рвотный рефлекс... впрочем, дальше пошло легче. Конечно, глотку саднило, но это компенсировалось ощущениями "пониже спины". То есть теперь-то, в данной позе, повыше... Но в семантические тонкости Джеймс не вникал. Он уже не мог удержать сдавленных стонов и воплей сквозь "кляп", потому что тело вело себя как-то уж совсем по-блядски, игнорируя слабые призывы мозга остановиться и прекратить. Хорошо было. Безумно хорошо. Его ухватили еще ловче и крепче, уже полностью лишив движений, и в глубину горла попало что-то горячее, острое... Почти наверняка ядовитое, но это пока не ощущалось.
Джимми ощутил себя куклой, послушно принимающей сексуальную агрессию владельца. Как будто это не он был живым, самостоятельным существом, а партнер роботом — а наоборот. Это было какое-то безумие, но — восхитительное, безумно сладкое безумие, и Джеймс не хотел, чтобы оно заканчивалось. Он и сам кончил, забрызгав металлические пластины торса Венома, даже не касаясь себя — только тискал джампер у основания, запуская пальцы в провода.
Вокалайзер разведчика издал странный звук — что-то среднее между стоном и ворчанием. Он бережно уложил человека на платформу, просканировал с ног до головы. Жив. Ну уже хорошо.

Человек пришел в себя с ощущением, что у него болит горло и задний проход. И что лежит он на чем-то почти что мягком, а во рту яркий металлически-кислый привкус... И немного кружится голова. А еще что рядом с ним лежит десептикон, которому Джим только что отсосал. Как самая распоследняя шлюшка... и что доволен этим он, Джим, до крайности.
Веном его снова просканировал.
— Я был неаккуратен, — он задумчиво постучал когтями по платформе, — придется с этим потерпеть до трансформации. Не хотел бы убить своего спарка до его рождения.
Подмаргивание оптики и каких-то аварийных сигналов выдавало его крайнюю нервозность. Джим погладил его по плечу.
— Что не так? — голос звучал непривычно-хрипло. — Мне... мне очень даже понравилось.
— Я едва сдержал подачу топлива, — палец, уже без когтя, коснулся его мягкого горла, прожал до хрящика, — но немного попало тебе в желудок. Надеюсь, это не смертельно.
— Узнаем... В теории, если это топливо не сильно отличается от земного, меня просто стошнит или, эээ... ну, другим путем выйдет.— Потом Джим фыркнул, и объяснил, — я подумал о презервативе.
— Из чего он состоит? — Веном сам порылся, покачал головой, — нет. Разъест. Нам стоит ограничиться, пока ты не сменишь форму. Хотя...
Его оптика снова моргнула. Такое чувство — легчайшая,тончайшая ласка...
— Хотя... — Джимми поднял бровь. — В принципе, если делать это руками... Тебе ведь понравилось?
— Очень странное ощущение, — кивнул разведчик, и неловко двинулся. Все верно. Он насильно остановил подачу топлива, и теперь оно булькало даже в локтевых суставах.
Его вновь погладили, наслаждаясь статическими разрядами.
— Вроде бы кожный контакт с этим веществом не опасен... Или у вас нет такого, чтобы спускать на партнера?
— Не стоит проверять, — отрезал Веном. Он успел побеседовать с Нокдауном и о таком деликатном моменте, как нечаянное затрахивание партнера до полусмерти, и теперь не спешил экспериментировать.
— Хорошо... — Джеймс кивнул, и пристроился под боком у своего будущего наставника. — Не будем. Но все равно жаль — мне понравилось. Знаешь, я никогда не считал себя геем, все такое... а тут так проперло.
— Ты не можешь быть геем, потому что, — разведчик стукнул пальцем раз, — я не человек, — стукнул два, — я не твоего пола, — три стука, — в твоем досье указана любовь к женщинам вашей расы. То есть ты, по вашему выражению, технофил. Или ксенофил.
— Ну, с технической точки зрения, ты меня трахал в задницу. Чем ты это делал, это другой вопрос... но да, технофилом быть приятнее, чем пидором. Знаешь, а к такому действительно реально пристраститься... Но не стоит, риск великоват, ты прав. А жаль.
— Будет правильное тело — займемся, — Веном был в этот момент совершенно уверен, что никаких поползновений совершать не будет. Совсем никаких. — Живи у меня, один не выходи, пристукнут еще.
Джеймс кивнул, вытягиваясь рядом.
— И теперь я понимаю, на что Морес так залип...
— Кабум, — поправил его разведчик, — он едва не умер в подобном процессе. Я не хочу снова проверять рандом.
— Понимаю... Просто люди очень хрупкие по сравнению с вами. — Человек вздохнул, а потом лег на спину. — Я хочу, чтобы тебе было со мной хорошо. Эгоистичное такое желание... У меня ведь тоже будет эта штука?
— Джампер? Да. Я попробую поставить туда больше датчиков, — хмыкнул забавно Веном, все еще слегка булькая. Из уголка рта, по пластинам губ, прокатилась капля розоватого топлива. Джеймс потянулся и стер эту каплю пальцами.
— Это нормально? Типа, ты трахнул меня, а изо рта течет у тебя...
— Нужно будет сбросить топливо, — Веном перехватил его руку, смахнул каплю глоссой и снова просканировал. Ожогов не выявлено, повреждений тоже. Ну хоть от чего-то слабенький белковый может не загнуться.
Джеймс глядел на тот же палец задумчиво. — А вот интересно, — вслух раздумчиво произнес он, — Языком ты меня уже трахнул... и телу этому осталось жить ну месяц, ну два... то есть особо можно не жалеть...
— Нет, — разведчик со скрипом поднял ладони, брызнув на платформу топливом, — Иначе ты можешь не прожить эти два месяца.
Джеймс ухмыльнулся.
— А если перед самым переходом?
— А если сломаешься? — резонно возразил дес, и снова постучал мгновенно выскочившими когтями в резину, — а если станешь непригоден для перехода?
— Надо будет спросить у Мо... Кабума. Он, насколько я понимаю, переход совершал уже в ОЧЕНЬ плохом состоянии.
— Я против.
Веном делал вид, что ему совсем нелюбопытна коварная задумка. Только вот нелюбопытных шпионов не бывает, профессия не та.

Джимми сам не знал, что его так зациклило на идее ощутить внутри себя этот немаленький, в общем-то, эээ... предмет. Или орган. Он просто представлял, как Веном впихнет ему эту штуковину, и аж пальцы на ногах поджимались, так было разом и охота, и боязно. Разведчик его подозрительно разглядывал, вовсю предвкушая какое-то коварство. Хорошо, что работы над будущей трансформой уже начаты — Нокдаун получил дополнительный пинок по внутренней связи, огрызнулся, что мол работает он, не мешай интерфейситься, завистливая рожа.

Продолжение в комментариях

Вопрос: Погладить авторов?
1. Да =)  31  (100%)
Всего: 31

@темы: Соавторство, Крупное, Закончено, Transformers and humans, so humans, Transformers, NC-17

Комментарии
2011-09-27 в 03:05 

Solet SerCro
With a crew of drunken pilots, Were the only airship pirates!
Продолжение 1

2011-09-27 в 03:06 

Solet SerCro
With a crew of drunken pilots, Were the only airship pirates!
Продолжение 2

2011-09-27 в 03:07 

Solet SerCro
With a crew of drunken pilots, Were the only airship pirates!
Продолжение 3

2011-09-27 в 03:08 

Solet SerCro
With a crew of drunken pilots, Were the only airship pirates!
Окончание 2 части

2011-09-27 в 18:26 

silent-gluk
Алла Кузнецова, Молчаливый Глюк. Я не со зла, я по маразму!
Solet SerCro, квак интересно! Спасибо!

2011-09-27 в 18:33 

Solet SerCro
With a crew of drunken pilots, Were the only airship pirates!
2011-09-28 в 11:53 

elenatixbal
Чем объяснить тот факт, что разумная жизнь возможна на многих планетах, а на Земле она оказалась невозможной?
:inlove: Интересно то как :buh: Рабочий день потерян.
Первую часть прочитала вчера, прокомментировать не успела, согнали с компа. Сейчас вот вторую дочитала. Третью будут вечером читать, надо все-таки и поработать маленько.
Какие они у вас живые и с характером, что люди, что десы. Спасибо, Solet SerCro, :hlop:

2011-09-29 в 02:45 

silent-gluk
Алла Кузнецова, Молчаливый Глюк. Я не со зла, я по маразму!
Solet SerCro, ква!

2011-09-29 в 16:20 

Solet SerCro
With a crew of drunken pilots, Were the only airship pirates!
elenatixbal, ой, я ваш коммент пропустил)
Ловите и третью часть, надеюсь, что понравится)

   

Записки из ноосферы

главная